Интервью с Бурул
- Как вы узнали о статусе своего мужа?
- Как-то мой муж пришел и сказал, что нам надо сходить к врачу. А я только что родила, ребенку было два месяца. И я подумала, какой у меня муж заботливый, хочет, чтобы я сходила к врачу. Но мы почему-то поехали в Центр «СПИД». Я еще спросила: «А зачем нам это?» Муж сказал, что нам надо именно сюда. Мы зашли вместе в кабинет, сели – его уже там знали. Вот тогда мне и сказали, что мой муж ВИЧ-инфицирован. Мне сказали, чтобы я отняла ребенка от груди и тоже проверилась.
Сам муж узнал о своем статусе за три дня до этого. Он лежал в туббольнице (каждый месяц там обследовался), а там пациентов проверяют на ВИЧ. Потом эпидемиологи могут приехать и сообщить о положительном результате. Они начинают вести эпидемиологическое расследование, ищут круг людей, которых надо проверить. Но за моим мужем все равно оставалось право говорить им о круге своих друзей или нет.
Мой муж время от времени, употреблял наркотики. Я думаю, что он заразился совсем недавно, когда я на месяц уезжала из дома с детьми. Когда я приехала, я поняла, что в этот месяц муж отдыхал по полной.
Когда мне сказали о том, что мне тоже надо провериться, я пошла сдавать анализ анонимно. Можно было просто позвонить и узнать результат, но я этого не сделала. Мне было тяжело даже номер набрать. Я сама пошла в центр. Анализ оказался отрицательным.
- Как Вы отнеслись к статусу своего мужа?
- Все думали, что как только я узнаю о статусе своего мужа, я развернусь и уйду от него, но этого не произошло. У нас трое детей, и я подумала, что это – предательство – уйти. Человек просто заболел. Это такое же заболевание, как сахарный диабет, или что-нибудь другое. Чем ВИЧ хуже? В такие минуты нельзя предавать человека. Для меня даже не стоял такой вопрос, чтобы развернуться и уйти от мужа. Я решила, что не брошу его, что буду ему помогать. Мы любили друг друга, и я сама никогда не смогла бы оставить его.
О своем муже я никогда ничего плохого не скажу даже близким людям. После того, как мы узнали о его положительном результате, прошло три года. Муж умер не от ВИЧ, а от сердечной недостаточности. Просто у него не выдержало сердце. Никто ни от кого не собирался отказываться, мы бы и дальше жили. Любовь делает удивительные вещи.
Сейчас я осталась одна с тремя детьми. Дети живут со мной.
- Расскажите о своей работе.
- Эта проблема коснулась меня, она прошла совсем рядом, и теперь я стараюсь помочь всем, кто столкнулся с ВИЧ. Когда мы консультируем людей, которые только узнают о своем диагнозе то первое, от чего их надо спасать – это паника. Они говорят: «Как теперь жить?» А мы говорим, что надо также и жить, как ты до этого жил. Ты можешь прожить и 20, и 30 лет, никто не знает, сколько».
Особенно нужна поддержка тем, кто страдает от дискриминации. К нам приехала женщина из Ошской области, ребенок которой был ВИЧ-инфицирован в больнице. У нее четверо детей. Не понятно, откуда соседи, а потом и вся деревня, узнали о том, что кто-то из семьи болен ВИЧ. Слухи распространились, и дошло до того, что говорили, будто вся семья больна ВИЧ. Этой женщине пришлось уехать из своего села, сейчас она живет в Бишкеке в маленькой комнатке, в жутких условиях. Ребенку два годика, у него постоянно течет кровь из носа. Мать стучится во все двери, просит о помощи, но никто ее не слышит. Муж ее потихоньку спивается. Президент выделил 10 тысяч сомов этой семье. Но что такое – эти 10 тысяч сомов в наше время. Женщина готова вернуться в свое село, но жить там невозможно, все показывают на нее пальцем. Двух детей-школьников ей пришлось оставить в селе со старым дедушкой.
Были случаи, когда наши пациенты обращались в Национальный госпиталь, им необходимо было хирургическое вмешательство. Но хирурги из-за диагноза отказывались им помогать. Хоть у нас с Национальным госпиталем и заключен договор, но хирурги говорят, что у них нет спец. одежды для того, чтобы делать операцию таким людям. А этой одежды у нас вообще в стране нет, не оставаться же из-за этого без медицинской помощи.
Но бывают и такие случаи, которые вселяют надежду, что отношение к ВИЧ-позитивным людям будет меняться в лучшую сторону. Недавно к нам пришла женщина, она медсестра. У них на работе все проходят медицинский осмотр, там и выявили ее статус. Теперь коллеги знают о ее диагнозе, но она продолжает работать в больнице. Правда, не медсестрой, а консультантом в одном из НПО. Эта женщина замужем, у ее мужа тоже оказался положительный статус. Сейчас они продолжают жить вместе, хотят завести ребенка.
Мне кажется, что люди, у которых обнаружен ВИЧ, становятся более внимательными друг к другу, более терпимыми. Когда человек узнает о своем статусе, для него сразу меняется мир, и первые его мысли – о близких. Человек перестраивает полностью свою жизнь, мир переворачивается. Он старается помочь людям, становится более внимательным к чужой боли, хочет, чтобы после него осталась добрая память.