(продолжение интервью с Эркином, 35 лет, ВИЧ+)
- Расскажи, как ты пытался отказаться от инъекционных наркотиков?
- Все время пытался, долго не получалось. Сначала в Оше перешел я на метадон, но потом надоело мне метадон пить, и я решил его бросать. «Отработал» крупную сумму денег на базаре – я других способов достать денег, кроме как украсть, не знал никогда – и уехал в Бишкек. В Бишкеке я два месяца не употреблял инъекционных наркотиков, перешел на гашиш. Очень тяжело от метадона отходил. Деньги кончились – стал с бишкекскими пацанами воровать – меня в «бригаду» взяли, я весь город узнал, всех карманников.
В это время я познакомился с девушкой – на улице. Только что украл в маршрутке крупную сумму, выскочил, и увидел двух девушек. Обманул их, что учусь в МГУ, что сам – казах, и так далее… Наркоман, он же – обманщик, легко врет.
Вот так я познакомился со своей женой, общаться стали, жить вместе. А врал я ей долго – за наркомана кто пойдет? Но потом рассказал, что я из Оша, и отвез ее домой, познакомил со своей семьей. А мама посмотрела на нее и говорит: «Бедная девушка, как ты будешь жить с наркоманом!?» А она не догадывалась – я переболел уже, поправляться стал… Только пиво пил. Зря, оказывается, и пиво не надо было пить, я уже потом об этом узнал… Моя девушка, как услышала, что я наркоман – это для нее шок был. Она думала раньше, что наркоманы есть только в Америке, что у нас не бывает наркоманов. А я сказал ей, что бросил. Она и осталась. А я тогда действительно не кололся, не курил, метадон не пил. Но в Оше у меня, кроме наркоманов, друзей не было. И поехал я к метадонщикам, чтобы показать себя, на людей посмотреть, приоделся. Возгордился, что бросил, самоуверенность появилась, и, конечно, сорвался, опять колоться стал. Когда в Бишкек вернулся – уже знал, обязательно кого-нибудь встречу, кто наркотики достанет. Скоро здесь все места узнал, всех барыг: и в Канте, в таборе, и в Буденовке, и в Романовке, и на Красной Речке, и в Токмаке. Воровал, конечно, но меня «бригада» отталкивать начала. Из-за того, что я наркоман. В преступном мире таких сейчас не уважают, серьезно к ним не относятся.- Тебе кто-нибудь помогал?
- Конечно. Как-то я лежал в одиночестве, ждал, пока мне один парень героин принесет, а он все не шел. Что-то его задержало. И в этот момент пришли ко мне какие-то люди, стали объяснять, что есть группы, программа «12 шагов». Мне что запало в душу: «Наркотик – как Майк Тайсон. Ты с ним один не справишься, надо коллективом». Мне сказали, что на днях откроется реабилитационный центр «Шанс». Но тут как раз мой приятель вернулся, наркотик принес. Я вышел, укололся, вернулся – и забыл об этих людях, все забыл, что они мне только что говорили.
Потом мне сестренка очень много помогала. Она, хоть и студентка тогда была, в АУЦА училась, но много за меня хлопотала, за квартиру мою платила. Муж ее, иностранец, тоже помог мне. Положили меня лечиться, он денег дал. У меня ничего не было. Я же, все, что украду, все «прокалывал», все на наркоту спускал. Они дали мне последний шанс. Это я потом узнал, что им директор реабилитационного центр посоветовал так сказать. Мне сестренка сказала: «Последний раз помогаем тебе, все, потом больше не приходи, мы тебя знать не знаем».
Первый раз я лежал в реабилитационном центре «Аман». Меня оттуда выгнали, потому что я анашу курнул один раз. Потом я у них еще раз лежал – опять выгнали. Сейчас я благодарен этим людям, что они меня выгоняли из этих центров. Очень благодарен директору Центра Аиде Аристаевне Байтбиевной, консультанту Леве, психологу Миле… С Милой у нас всегда конфронтация была, я себя выше хотел поставить, доказывал, что я умнее, что все и так знаю… Не мог я тогда честно жить, перед самим собой признаться, что да, я виноват, что курил «анашу»… Когда меня выгнали, я обозлился, думаю, пойду, уколюсь, отомщу вам. Как будто от этого это не мне хуже будет, а им.
Потом в «Шансе» был, потом – опять в «Амане». Вот так я бросал, бросал… Мне это до того надоело! Жена беременная ходила – голодная. У меня ребенок родился, а я в роддом к жене пришел, даже поесть не принес, вместо этого говорю: «Деньги отдавай». Мне забрать их из роддома надо – а у меня денег нет, и я жену больную на маршрутке везу… Ребенок стал расти, а я – сколько денег найду – все на наркотики спускаю. Достану денег, отдам жене: «На, пять тысяч, купи скорее на все, чтобы я их не проколол». Она купит, а я все равно все это продам и наркотики достану. Молока даже у ребенка не было. Вспомнить все это страшно. Вот за что я сейчас себя ненавижу, что жену измучил… Даже слезы на глаза наворачиваются… Надоела мне эта жизнь. Обещал себе: «Завтра брошу, завтра брошу» А завтра это, оказывается, никогда не наступало.
- Как же тебе удалось все-таки остановиться?
- Как-то в очередной раз ушел я из реабилитационного центра. Думаю – все, не буду свои ошибки повторять. И автоматически мысли у меня: где найти бырыгу, куда поехать за наркотиком? И ноги сами ведут меня к барыге. Пришел я на Аламединский рынок… Пятница была, и водители маршруток, дунгане, говорят: «Идем в мечеть». А у меня желания разрываются: в мечеть – или к барыге. Водители, они наркоманов по лицу узнают, каждый день же возят, говорят: «Тебе надо в мечеть сходить». Я думаю: «Надо, надо. Потом схожу». А сам – в Буденовку. Как доехал – не помню, по дороге думал выскочить из маршрутки, ругал себя: «Куда я еду?». Стал я читать намаз, стал молить Аллаха, чтобы я не нашел наркотики в этой несчастной Буденовке. Всю дорогу просил.
Приехал я в Буденовку, а там, оказывается, облавы были. На «ямах», т.е. в домах, где наркотики продают, спецназ побывал. Раньше меня всегда приглашали, заманивали, я же «жирный» клиент был, карманник… А теперь – я на всех «ямах» побывал – не дают.
Решил, надо домой ехать. Но тут ко мне подошли маленькие пацанята, курды, предложили достать героин. А я знаю, они могут обмануть, но могут и достать. Отдал я им все-таки все деньги, и они ушли. Я сижу, думаю: «Зачем я им деньги отдал, уезжал же домой уже, срыва не было». Знал я, что один-единственный укол для меня будет лишним. И стал опять я молиться: «О, Аллах, хоть бы они меня кинули!» Просил, чтобы они не пришли, чтобы я до вечера прождал и уехал домой ни с чем. С одной стороны, я жду этих пацанят, чтобы они принесли мне поскорее, с другой стороны, молю Всевышнего, чтобы они меня обманули. Смотрю, идут все-таки. Принесли пакет – а порошок – белый-белый. Я говорю: «Это димедрол, это не героин». А пацаны спорят со мной… Ну и уговорили. Пока я дозу разводил, они уже исчезли. Я укололся, чувствую, состояние такое бывает, когда димедролом уколешься. Так плохо мне было! Я понял, что меня кинули, стал все проклинать, еле до маршрутки добрался. Ехал в Бишкек, ругал этих пацанят: «Вот шакалы!» и вдруг сообразил – я же сам просил Аллаха, чтобы они меня обманули. Неужели Он есть? И вот я еду, мне плохо, кости все от димедрола корежит, а на душе такое чувство радости появилось: я же просил, чтобы у меня не получилось уколоться, так все и вышло!
После этого случая я перестал колоться. Как у меня тяга появлялась, чаще по праздникам, я шел в группу взаимопомощи и там выговаривался. Перед тем, как в группу идти, я молитву читаю, которой в программе «12 шагов» научился: «Боже, дай мне разум и душевный покой принять то, что я не в силах изменить…»
- Ты стал верующим?
- Я, хоть в мечеть не хожу, но считаю себя мусульманином. Я посещаю программу «12 шагов» и стараюсь жить как мусульманин. Я считаю, не важно, какое вероисповедание, главное, чтобы человек верил, что Бог един, что мы – плоды одного дерева, листья одной ветви, с одного источника мы все воду пьем одну, одно солнце нам светит… Пусть человек лучше будет буддистом, или кришнаитом, чем он будет наркоманом, преступником, или еще всякое прочее… Сейчас я не ворую, не колюсь в данный момент, около пяти лет веду здоровый трезвый образ жизни. Но вылезал я очень трудно. Пятнадцать лет я употреблял инъекционные наркотики.
- Работу ты сразу нашел?
- Нет, сначала попытался в НПО подрабатывать, но там мало платили, или бесплатно, а у меня – уже двое детей… Короче, опять воровать начал, не умел деньги по-другому доставать, для меня это – как профессия была. Вернулись в Ош с семьей, я с бригадой карманников связался, опять меня посадили за кражу. И, представляете, у меня седьмой срок, а мне наказание условно дали! Я сам в шоке был! А в тюрьме я не кололся. Меня уговаривали – на, стресс сбей – а я отказывался. Сам удивлялся! И меня на свободу отпустили. Вот тогда я на работу устроился: лук продавал, другие овощи продавал. Стал пробовать честно жить.
Знаете, почему я перестал воровать? Мне стало жалко тех людей, у которых я воровал. Когда я попробовал зарплату получить, от зарплаты до зарплаты с семьей прожить, так их жалко стало! А у меня еще у жены деньги украли в Таласе. Вот тогда я понял, что такое кража. Жена – без копейки денег. Я поехал за ней, так обидно мне стало! У карманника карманники украли последние деньги! И стал представлять – ведь я же тоже последнее забирал… Испытание, наверное, такое было…
Теперь я смело встаю утром, иду на работу, никого не боюсь. У меня сейчас проблем с милицией нет, потому что я в такие места не хожу, где криминал, где колются, где наркотики продают. Я теперь смело могу зайти в РОВД, в прокуратуру.
Всегда хотел машину, хоть запорожец. Теперь у меня три машины…
- Что бы ты хотел сказать тем, кто только начинает употреблять наркотики?
- Лучше не начинать. А если начал… Что таким скажешь? Я не могу им сказать: «Бросайте». Бросить может тот, кто уже дошел до края, которому уже некуда дальше идти. Лучше не начинать. Во время не остановишься.
Обсудить на форуме - (1) Сообщения(ий)
…
Интересно …